Yalta - Sevastopol Private Tour Guides

       with historian Sergey Tsarapora


    Private Guides in Crimea
    Tours, Shore Excursions, Transfers, Travels
   e-mail: sergey.tsarapora@gmail.com
                 sergo22yalta@gmail.com                 

site menu
offers category
LVIV TOURS [0]
ODESSA TOURS [0]
ZHYTOMYR TOURS [0]
KHERSON TOURS [0]
ZAPORIZHIA TOURS [0]
UKRAINE FAMOUS PEOPLE [2]
VINNYTSYA & SURROUNDINGS TOURS [21]
site friends
Home » Files » UKRAINE TOURS » VINNYTSYA & SURROUNDINGS TOURS

Nemyriv Palace of Duchess Maria Shcherbatova. Дворец княгини М. Щербатовой
[ ] 27.10.2016, 12:49
Duchess' Maria Shcherbatova Palace

Maria Grygorivna Shcherbatova was the last landlady of Nemyriv, whose contribution to development of the Ukrainian culture is difficult to overestimate. 
Among the «musts» for the guests of the region are the Scythian settlement, the Palace of Princess Maria Shcherbatova, the park surrounding the palace (a sample of the 19th century landscape development), the tomb of a Hasidism leader in Bratslav. 
The former estate of the Princess Shcherbatova in Nemyriv since 1921 has been hosting a wonderful rehabilitation center. Good service and caring personnel became the best publicity for the center, whose patients have opportunity to enjoy wonderful arboretum, series of the ponds, and fairly developed facilities. In 1991 the center was reorganized into a sanatorium «Avangard». Up-to-date medical techniques complying with European standards, and implementation of efficient quality management, as well as unified rehabilitation and treatment protocols boosted efficiency of health care services and promoted a sanatorium far beyond Ukraine. It's no wonder that among patients coming to relax and undergo rehabilitation procedures here are Russians and Germans, other than Ukrainians. «Avangard» personnel is proud of hosting and attending the Prince of Liechtenstein Gregor Liechtenstein in May 2005. 

[Russian language]
В 1887 году, княгиня Мария Григорьевна Щербатова переехала из Петербурга в Немиров и занялась постройкой здания нового дворца, начатой в 1885 году, как говорят старожилы, по образцу увиденного княгиней в Англии. Суеверной владелице гадалка предсказала смерть по завершении строительства. Поэтому работы велись медленно, по многу раз переделывались уже вполне законченные детали, одна артель мастеровых сменяла другую, третью. Для помещицы же постройка стала целью жизни. Но судьбу не обманешь... С 1921 года в «незавершенном строительством дворце б. кн. Щербатовой в Немирове» открыт дом отдыха. Отделка же фасадов закончена лишь к началу 1960-х годов.
Плавный изгиб широкой аллеи ведет в прохладную тень старых деревьев. Птичьи голоса, рыжий пушок, стремительно проносящийся через дорожку и исчезающий за черным бороздчатым стволом огромного клена, густая зелень, скрывающая дальнюю перспективу,— все успокаивает, умиротворяет и... настраивает, подготавливает к ожидаемому видению. В конце аллеи появляется стройный портал, каннелированные пилястры и нарядный парапет-балюстрада над темными проемами крупных окон. Вначале увиденное воспринимается как фасад роскошного дворца. Но тонко продуманная виста — узкая перспектива, создаваемая двумя рядами деревьев,— по мере продвижения зрителя раскрывается панорамой гораздо большего здания, и то, что вначале показалось центром фасада,— лишь боковой ризалит. Здание же тянется дальше, и там, впереди, высится внушительный шестиколонный портик ионического ордера, и именно портик с пандусом подъезда — в центре фасада! 
Все четыре стороны двухэтажного корпуса решены по-разному. Величественному северному фасаду, с которого мы начали осмотр, с цветочным партером перед ним, так и оставшимся неоконченным, как бы противопоставлен восточный торец — интимный, уютный и подлинно шляхетный. В центре его устроен крупномасштабный полукруглый эркер со сплошным, на всю створку окон, зеркальным «бемским» стеклом, расчлененный трехчетвертными колоннами тосканского ордера, тщательно профилированными из песчаника теплых тонов. Примыкающий с этой стороны уголок регулярного сада, специально воссозданный, видимо, по старому плану в конце XIX века, подобно полотнам «мирискусников» уносит во времена абсолютизма. Плотные «стены» из стриженого мелколистого граба образуют боскет в двух ярусах, открытый к восточному фасаду, напоминающему пропорциями и членениями версальский Малый Трианон. Густая листва чуть наклоненных внутрь живых стен создавала прекрасный фон для стоявших здесь мраморных изваяний. Несмотря на повреждения и стареющий каррарский мрамор, все еще прекрасны ангел с ягненком, псевдоантичная ваза и пара спящих львов на высоких мраморных пьедесталах. Геометрические узоры стриженого буксуса контрастируют с нежными цветами, заполняющими все свободное пространство. Продолжала пространственное развитие ансамбля от дворца к регулярному саду вытянутая поляна, поделенная на три части кулисами из сгруппированных определенным образом деревьев и организующая вид на великолепный белый эркер восточного фасада. Взаимная подчиненность пейзажей и планировочных композиций парка и дворца особенно хорошо разработана с южной стороны — сказываются приемы устроения английского парка. Здесь паркоустроители, используя многолетние насаждения, устроили пять вист, различных по глубине и характеру оформления перспектив, оси которых расходятся веером, акцентируя массивный четырехколонный портик южного фасада. Этот вид — главный во всем ансамбле — неизменно прекрасен с любой точки обзора. 
Эффект помпезности достигнут за счет вынесенного вперед центрального ризалита, обработанного, подобно эркеру восточного фасада, крупными деталями. Два огромных, сложного рисунка окна — видоизмененные «окна Сансовино», фланкируя портик, своим изысканным декором рельефно выделяются на светлом фоне стен. Безупречная колоннада ионического ордера оттенена глубокой лоджией, наподобие зала-террена— столь излюбленного элемента дворцово-парковых ансамблей итальянского Возрождения. Да, это самое нарядное место! Три стеклянные двери позволяли на летних балах танцующим парам перемещаться из зала на террасу и обратно в зал, паркет которого отражает каннелированные пилястры композитного ордера с капителями, включающими изображение герба. Зал перекрыт зеркальным сводом. По вечерам его освещала когда-то не только люстра, но и первые, еще угольные электрические лампы, скрытые сильно выступающим карнизом. 
На торцевой стене танцевального зала сохранились декоративные детали, перенесенные, вероятно, из первого дворца: большой камин белого мрамора с кариатидами и два мраморных медальона. Один из них, изображающий сцену ( «херакл у Омфалы» (олимпийские боги заставили Геракла в отместку за убийство его друга Ифита пробыть три года в рабстве у лидийской царицы Омфалы. Она издевалась над Гераклом, принуждая его прясть и ткать со своими служанками), мог служить намеком на увлечения Винцентия Потоцкого мануфактурами. Второй медальон изображает явление Афины Паллады Одиссею после его возвращения на Итаку.
Заслуживает внимания интерьер бывшей летней спальни. Две прекрасные колонны розового стукко делят помещение на две неравные части. Просторную комнату украшает великолепная роспись, изображающая огромный шелковый платок, окаймленный тонко прорисованной гирляндой из садовых и луговых цветов, поверх которого лежит полупрозрачная газовая ткань, оттянутая золотыми фибулами к углам. Солнечные блики играют на стеклах тройного окна-двери, ведущей из спальни на площадку стилобата, опоясывающего крылья здания. Внизу, за балюстрадой, пестреют яркие цветы, будто слетевшие с гирлянды плафона спальни. Ансамбль в целом — воплощенное единство дворца и парка, творческих устремлений зодчего и садовника.
Прямоугольник партера, остатки стриженых зеленых «стен» и прямые аллеи, продолжающиеся от западного фасада улицами местечка, еще раз напоминают о прежней регулярной планировке парка. После 1885 года его переделывали в пейзажный по плану венского садовника Зеннгольца. Потом княгиня присоединила к своим владениям часть соседнего поля, и парк расширили уже по новому плану, составленному профессором садоводства из Брюсселя Е. Пинаертом ван Геертом. Последним, кто работал в Немирове до революции, был известный пражский садовник Франтишек Томайер. 
Парк разросся, пополнился новыми насаждениями. На его восьмидесяти пяти гектарах представлены сто шестьдесят видов дендрофлоры, и среди них — гинкго двулопастный, пихта калифорнийская, кедр сибирский, липа серебристая, бундук канадский, сосны веймутовая и черная, платаны, дубы красный и пирамидальный и много других редких, необычных деревьев и кустарников.
Лучше всего прийти сюда ранним летним утром, когда аллеи и поляны еще пустынны. Тысячами бриллиантов сверкает в густой траве роса. Седой туман нависает над водой, волнами струится к прибрежным зарослям и пропадает в них. В зеркале пруда застыло отражение черных силуэтов сосен над искусственными скалами гранитных глыб. Гремит разноголосый птичий хор, и вдруг прямо в двух шагах — резкий хлопок над водой: низко-низко, едва не касаясь торчащего стрелолиста, тяжело пролетает дикая утка и скрывается в зеленой чаще верховьев пруда, там, где смыкаются кроны деревьев и в кустах журчит поток, где гнездятся птицы и орут лягушки. А дальше, еще выше по течению, за расступившимися кустами — белые хлопья пены медленно растекаются по поверхности: низвергаясь из-под моста плотины Брацлавского пруда, грохочет водопад. 
Этот уголок парка примечателен характерным для рубежа столетий сочетанием следов экономического развития страны и художественного творчества. За стеной зарослей дымит спиртозавод, по-старому — винокуренный, а под плотиной — небольшой романтический грот, сложенный из гранитных глыб. Рядом — старая кирпичная мельница в два этажа и прислонившееся к ней элегантное, стилизованное под барокко здание электростанции... Романтизм и практицизм, следы полуфеодального помещичьего быта и капитализма.
Д.В.Малаков, "По Брацлавщине", Москва, 1982
Caterory Name: VINNYTSYA & SURROUNDINGS TOURS | User: sergoyalta
Reads: 48 | Loads: 0
login form
search form
Copyright Sergey Tsarapora © 2017